Что мешает развиваться туризму в Воронежской области?

Тема развития регионального туризма не умещается в рамки одного миллионного мегаполиса

25.09.2019 в 16:20, просмотров: 1209

В конце минувшей недели региональные СМИ взахлеб рассказывали о проходившем в течение трех дней Всероссийском съезде туристско-информационных центров, организованном при поддержке Федерального агентства по туризму. В Воронеж съехались представители 214 таких центров из 70 областей России. Темой, объединившей собравшихся, стало продвижение туристических возможностей регионов в России и за рубежом.

Что мешает развиваться туризму в Воронежской области?
Фото: riavrn.ru

Разговорный жанр

Мэр города Вадим Кстенин, выступавший на открытии, заметил: «Все, что мы делаем для повышения туристской привлекательности, служит в первую очередь нашим горожанам, а увеличение потока туристов стимулирует развитие предпринимательской деятельности… Я вижу своей задачей сделать Воронеж комфортным и современным городом… именно поэтому сейчас реализуется множество проектов по созданию комфортной городской среды».

В ходе этой встречи была даже озвучена цифра — 1,5 миллиона туристов предполагает принять регион в 2020 году, что вкупе с грядущей реконструкцией воронежского аэропорта и зашкаливающим по меркам провинциального города числом многозвездочных отелей, действительно намекает на радужные перспективы развития туризма в регионе.

Но только намекает — примерно так же, как и намекало желание Остапа Бендера сделать Васюки центром межпланетной шахматной мысли. Во всяком случае, идея создания в Воронеже канатной дороги через водохранилище от Советской площади к парку «Алые паруса» с остановкой на Петровском острове выглядит примерно так же. Разница лишь в том, что Остап Бендер просил у васюкинцев деньги только на телеграммы, а стоимость канатной дороги уже сейчас оценивают в 350 млн рублей.

Кто, простите, попрется в открытой кабинке над воняющим с мая по сентябрь водохранилищем туда, куда можно добраться по трем городским мостам? Как вид транспорта канатная дорога в Воронеже востребована быть не может, у нее слишком много куда более удобных альтернатив. Как вид развлечения? Может быть, но перспектива его пока никем не просчитана и выглядит очень туманной. В отличие от денег — более чем реальных и немалых.

Даже чаю не попьете?

На фоне всех обсуждений маячат весьма заманчивые перспективы федерального финансирования, главное — назвать проект позаковыристее, например, «Создание туристического кластера».

Да только одна из главных составляющих этих планов состоит в том, чтобы привести в порядок весь Воронеж, а не только его 5–10 центральных улиц, по которым чаще всего перемещаются даже не столько губернатор и мэр (они-то свой город знают), сколько почетные гости региона.

…Не так давно моему приятелю позвонил друг из Москвы, который ехал через Воронеж к Черному морю. Они не виделись много лет, и москвич решил задержаться в нашем городе на два-три дня, чтобы посмотреть местные достопримечательности.

Гость добрался до Воронежа к ночи, не сориентировался в темном дворе приятеля в Северном микрорайоне с полностью разбитым асфальтом, попал в яму и повредил подвеску автомобиля. Два дня, в течение которых он собирался поездить по окрестностям города в поисках достопримечательностей, ушли на ремонт, и москвич, чертыхаясь, весьма недовольный покинул будущую туристическую Мекку. Это был, кстати, наш потенциальный турист.

…Когда в городе льет дождь, я мечтаю о том, чтобы мэр Воронежа или его заместитель по ЖКХ подъехали на служебном авто к пересечению Ленинского проспекта и улицы Полины Осипенко и попробовали выйти на тротуар, залитый водой. Здесь вот уже лет пятнадцать полностью забитая ливневка не справляется с потоками, идущими от парка ВАСО, и на перекрестке образуется громадная лужа. Мужчины, переходя дорогу, закатывают джинсы до колен, а женщины приподнимают платья и юбки.

И таких забытых богом и мэрией мест в городе сегодня пруд пруди.

Кабинетная работа

О застройке Воронежа вообще отдельный и разговор — в европейских городах никогда не застраиваются старые городские кварталы, являющиеся сами по себе памятниками архитектуры. Муниципалитет старается сохранить их в максимально первозданном виде, а вся новая застройка относится либо на окраины города, либо туда, где происходит снос малоценных с точки зрения истории и архитектуры зданий.

А в Воронеже из мест с сохранившимся архитектурным ансамблем (что вполне может быть привлекательным для туристов), пожалуй, можно с некоторой натяжкой назвать проспект Революции, который заметно портит торчащая свечка недавно построенного отеля за Домом офицеров.

Так, может быть, прежде чем подсчитывать прибыль от будущих туристических потоков, есть смысл привести в порядок генплан развития города, а также дороги, дворы, освещение и ливневую канализацию? Ведь маникюр на грязных ногтях никогда не добавит вистов их обладательнице.

Если уж говорить в целом о туризме в Воронежской области, то, во-первых, наша область, мягко говоря, небогата на «официальные» достопримечательности. А во-вторых, все устоявшиеся турсимволы региона типа Дивногорского монастыря, замка принцессы Ольденбургской, усадьбы Веневитиновых в Новоживотинном, музея-заповедника «Костенки», Хоперского и Воронежского заповедников и т.п. всем хорошо известны, они издавна включаются в туристические маршруты.

Но в регионе есть места, о существовании которых вряд ли знают те, кто расписывает планы по развитию туризма в области. Есть широко известные, популярные маршруты, а есть пока не раскрученные, но с потенциалом, который нужно только разглядеть из кабинетов.

На всем готовом

Туристический потенциал региона держится в том числе и на таких памятниках прошлого, как хорошо сохранившийся тюремный замок в Богучаре — здание старой тюрьмы, построенной около 160 лет назад, где в 30-е годы прошлого века было расстреляно около 700 репрессированных жителей Воронежской и Ростовской губернии.

Как и сам купеческий Богучар — город с более чем пятью десятками исторических зданий, на окраине которого на обрыве у Дона (его излучина с высоты в 120 метров видна до самой Ростовской области) в кустах спрятан вход в одну из самых больших меловых пещер региона — Галиёвскую, где до революции существовал подземный храм, а в годы войны скрывались партизаны.

Как и удивительный музей более чем на 10 тыс. экспонатов в поселке Дубраве того же Богучарского района, собранный поисковиком-энтузиастом Николаем Новиковым только за собственные средства.

Как Донская Сахара в соседнем Петропавловском районе — участок площадью 100 гектаров из кварцевого песка, являющийся куском настоящей пустыни.

Все упомянутые достопримечательности, кстати, — пример готового туристического маршрута по югу региона.

А на его востоке потенциальными туристическими объектами можно считать недействующий ныне деревянный храм Николая Чудотворца в селе Тюковке Борисоглебского района (деревянные храмы — большая редкость для средней полосы России), который по крупицам восстанавливают энтузиасты из Санкт-Петербурга. Плюс сам Борисоглебск с его сохранившейся купеческой архитектурой конца 19 века. А в соседнем Терновском районе в селе Братки есть обустроенный источник, расположенный над громадным подземным озером, вокруг которого существует масса легенд. И это еще один потенциальный туристический маршрут.

В самом центре области — в Острогожском и Каменском районах — до сих пор сохранились насыпи железной дороги, так называемой «Берлинки», которую строили фашисты силами военнопленных и местных жителей в 1942–43 годах. Цель была — создать обход станции Лиски, занятой советскими войсками. Более 30 километров по безлюдным балкам и холмам сейчас идут старые насыпи с могильными крестами, а на крошечных хуторах еще остались старики — современники этих событий.

В самом Острогожске сохранился дом-музей живописца Ивана Крамского, а также народный мастер-кукольница Дина Бычкова, которая в молодости жила в том самом доме, который ее семья давным-давно выкупила у семьи Крамских, а позже продала государству под дом-музей знаменитого живописца! А под Острогожском в селе Рыбном сохранилась громадная лютеранская кирха, построенная семьями, переселившимися сюда из Германии в конце 18-го века.

В соседнем Каменском районе есть хутор Ситниково, который раньше назывался Пушкиным. По легенде, знаменитый поэт, как-то проезжавший здесь на юг, заночевал на постоялом дворе, а наутро долго пил из сохранившегося и облагороженного сейчас колодца студеную воду. Эту историю вам расскажут местные старики, слышавшие ее от своих прадедов.

И подобных «неформальных» туристических объектов в регионе автор этих строк может назвать не меньше полусотни.

Спаси и сохрани

Если при каждой районной администрации региона создать должность специалиста по развитию местного туризма и выделить на поддержание всех этих объектов хотя бы минимальное финансирование, то любых гостей Воронежской области можно смело привозить туда.

Здесь найдутся и краеведы, и местные жители, которые и расскажут, и покажут, и помогут с едой и ночлегом. А в Богучаре, Борисоглебске, Острогожске есть вполне приличные гостиницы, где можно остановиться на ночь, а два дня посвятить осмотру местных достопримечательностей.

Так что тема развития туризма в регионе явно не умещается в рамки одного миллионного мегаполиса, все точки притяжения которого для гостей давно и хорошо известны.

Туризм — это, прежде всего, те достопримечательности, которые лежат вдалеке от цивилизации и торных дорог и уже давно существуют сами по себе, без какой бы то ни было поддержки государства. Надо просто составить список таких мест, определить минимальное финансирование для поддержания этих объектов и вписать в областные туристические маршруты. А треугольники, поставленные на аллее между двумя храмами, подсветка, развешанная на деревьях, к туризму отношения не имеют. Это благоустройство, которое поймут только сами воронежцы, и то далеко не все из них.