Юрий Мерденов в Воронеже: «Я пообещал, что стану лучшим наездником!»

В Воронежском цирке начались гастроли шоу «Цирк зажигает огни»

18.09.2019 в 17:43, просмотров: 1001
Юрий Мерденов в Воронеже: «Я пообещал, что стану лучшим наездником!»
Фото: Марина Хоружая

В минувшие выходные в Воронежском цирке начались гастроли грандиозного шоу «Цирк зажигает огни». На манеже воронежцы могут увидеть бурых медведей-интеллектуалов, очаровательных обезьянок, показывающих блестящее мастерство в различных цирковых жанрах, пушистых кошечек, эквилибристов и многие другие цирковые жанры. Гвоздем программы, который как обычно показывают в финале, является всемирно-известный конный аттракцион под руководством народного артиста РСФСР Юрия Мерденова.

В цирке фамилию Мерденов знают все, он – настоящая легенда российского и советского цирка. Мерденов один из тех, кто стоял у истоков и закладывал традиции такого жанра, как джигитовка. Его номер «Кубанские казаки» хорошо знают по всему миру, да и россиянам он хорошо знаком. Если не в цирке, то по телевизору хотя бы раз в жизни вы точно видели мчащуюся по арене тачанку и лихих казаков на красавицах-лошадях. Графическая выразительность посадки в седле, высокий артистизм и отточенная техника исполнения опасных трюков – вот что отличает аттракцион Мерденова от любого другого. Его детище «Кубанские  казаки» – не просто набор трюков, а само по себе художественное произведение.

Травмоопасная профессия

Профессионалы оценивают номер «Кубанские казаки» как архисложный. Опасные трюки следуют один за другим, не давая зрителю опомниться. Джигиты на огромной скорости мчатся на лошадях поперек седла, делают «вертушку», «ножницы», «рубку»... Но больше всего восхищает трюк «длинный обрыв» – когда одна нога наездника в петле у седла, голова едва не задевает копыта лошади, а сам наездник едва волочится по земле. Кажется, что из такого положения снова подняться невозможно, но через мгновение наездник снова в седле.

Уникальный трюк – двойной пролаз под животом скачущей лошади – впервые в истории цирка был исполнен именно Юрием Мерденовым совместно с сыном Алибека Кантемирова – Ирбеком. Этот трюк они вынашивали долгое время, но реализовать никак не получалось. Дело в том, что вокруг лошади натянут ремень, по которому пролезает джигит, но когда присоединяется второй, ремень туго натягивается и не дает возможности пролезть второму наезднику. Решение оказалось простым – обвязать вокруг лошади два ремня! Они стали первыми  в мире, кто исполнил двойной пролаз, о чем свидетельствуют записи в цирковых энциклопедиях.

Вскоре как символ истории кубанского казачества на манеже появляется знаменитая тачанка, запряженная тройкой лошадей, галопом несущихся по манежу. Она здесь вовсе не для антуража – на ней тоже исполняются трюки! На первый взгляд, тачанка – простое и безопасное устройство, но нет – внутреннее левое ее колесо меньше, чем наружное правое, поэтому и обращаться с ней нужно аккуратно. Если сделать ошибку, тачанка легко перевернется. Так было в 2014 году в Московском цирке на Цветном бульваре. На генеральной репетиции перед гала-концертом, посвященным 95-летнему юбилею Росгосцирка, на манеже опрокинулась тачанка. Руководство сидело в первых рядах, и джигиты полетели аккурат им под ноги. Скорая увезла артистов с разбитыми носами, вывихнутыми плечами и повреждением ног. «Все дело в том, что для конных аттракционов очень важно, чтобы на манеже была писта – наклонный край манежа. Такой специальный трек делается специально для лошадей, но далеко не в каждом цирке он есть, в основном везде манеж ровный. Отсюда и травмы...»

Безусловно, джигитовка – очень травмоопасна. Лошадь, при всей своей любви к наезднику, может оступиться, упасть и случайно раздавить его. Были травмы и у Юрия Мерденова. Одна из них – полученная в 60-х – до сих пор напоминает о себе. «Как-то летом мы выступали в цирке шапито, была жара и рука у меня просто соскользнула. После падения я даже не почувствовал боли, но когда после представления меня осмотрел врач, оказалось – перелом ребра. Меня забинтовали тугой повязкой и велели не снимать, и конечно же, не работать. Но через два дня эта давящая повязка мне изрядно надоела, я снял ее и отправился на работу. Я никогда не зацикливался на болячках, предпочитал сосредотачиваться на будущих победах...»

Первый блин комом...

Сегодня народному артисту РСФСР, создателю легендарного аттракциона «Кубанские казаки» Юрию Мерденову уже 83, но он все еще на манеже и в отличие от многих коллег вовсе не помышляет о пенсии. Сложно поверить, но в следующем году исполнится 70 лет, как Юрий Петрович начал ра- ботать в цирке. Ему было 14 лет, когда он был принят в аттракцион самого известного джигита Советского Союза Алибека Кантемирова. Работать у него мечтали тысячи мальчишек, но он выбрал Мерденова.

Спустя три дня репетиций паренька уже выпустили на манеж. Кантемирову казалось, что мальчик крепкий и сможет выполнить простые трюки на пони. Но он ошибся, премьера стала для Мерденова полнейшим провалом. «Я тогда по незнанию сильно нагнулся, перевернул пони и сам кувыркнулся за ней, – теперь уже с улыбкой вспоминает Юрий Петрович. – И вот мы барахтаемся в опилках, а Кантемиров кричит: «Садись на нее!» А я не могу ее догнать, бегу за хвостом и плачу. А народ в зале хохочет, как будто это клоунская реприза. После этого стыда хотелось навсегда убежать из цирка, но несмотря на провал, Алибек в меня поверил и приободрил: «Соберись, завтра будем репетировать! Ничего страшного не произошло, у нас бывало и похуже!» С тех пор Юрий Мерденов усвоил главный урок – сила джигита не в том, чтобы не падать, а в том, чтобы каждый раз подниматься и делать трюк снова! Тогда он пообещал себе, что будет много трудиться и станет одним из лучших наездников мира.

Стоит отметить, что цирк стал для Юрия Мерденова еще и единственной возможностью прокормиться. В стране только закончилась война, его отец погиб на фронте, а мать осталась одна с двумя детьми. Юрий Петрович до сих пор вспоминает, как мама нашла где-то три сухарика и отдала сыну. А он кричал: «Не хочу сухарики, я кушать хочу!» «Когда я вспоминаю это, ком к горлу подкатывает. Где она тогда могла взять еду? Чтобы не быть «лишним ртом», я решил отправиться в цирк. Мама, ко нечно, поначалу не отпускала, плакала... Но я твердо решил и сказал: «Не отпустишь – сбегу!» Потом уже, когда мое имя появилось на афишах, мама была счастлива!».

В свободное плавание

Работать с Кантемировым Мерденову нравилось, но тут как снег на голову: телеграмма из главка «Мерденова с работы снять!», а дальше следовало предложение создать новый аттракцион под руководством и при участии Мерденова и просьба телеграфировать согласие. Мерденов даже пона- чалу не понял – от него хотят избавиться или повышают? И побежал с этой телеграммой к Алибеку. «Если предлагают, надо делать! Не бойся, справишься! А если нет, мы приедем и поможем!», – сказал наставник. После таких слов мыслей об отказе у Юрия Мерденова больше не возникало. Он хотел оправдать ожидания главка и не подвести Кантемирова. И началась огромная работа над созданием большого коллектива. Вместе с десятью артистами он репетировал трижды в день по два часа. А по ночам подрабатывал конюхом – ночевал в конюшне и следил, чтобы лошади не подрались.

Ровно через шесть месяцев Юрий Мерденов выпустил собственный аттракцион. Но вскоре он ему наскучил, хотелось создать что-то новое, уникальное и ни на что не похожее... И тут он вспомнил свою встречу с Семеном Буденным. Это было во время службы в армии, на соревнованиях олимпийской команды по конному спорту. «Семен Михайлович часто приезжал к нам, сидел председателем жюри. И вот я подъезжаю, отдаю честь, и вместо «товарищ главный судья» от волнения говорю: «Товарищ Буденный, сержант Мерденов к соревнованиям готов!» Он засмеялся, и говорит: «Приступай!»  Но меня запомнил. И вот я поставил целью – воспеть героизм казачества в Великой Отечественной войне. Традиции казачества всегда мне были очень близки...

Юрий Мерденов создал свой аттракцион 45 лет назад, и с тех пор началось триумфальное шествие аттракциона по планете (номер Мерденова видели в 30 странах мира!). Уже в 1975-м, спустя год после создания аттракциона, Мерденов получил Гран-при мэра Филадельфии как лучший артист зарубежной программы. В 1989-м он стал обладателем Гран-при радио и телевидения Японии, а в 1994-м взял Гран-при международных цирков Италии…

Подарок от папы римского

Особенно памятной для Мерденова была встреча в Ватикане, на которую его с коллективом пригласил сам папа римский. Дело было в 1982-м, в самый разгар «холодной войны». В те годы Ватикан не принимал никого из официальных государственных лиц, дипломатов и даже советского посла. И вдруг – артисты цирка в Ватикане! «Я попал туда через нашего импресарио, женой которого была известная голливудская актриса, красавица Мойра Орфей. Она была хорошо знакома с папой, и во время наших гастролей в Италии я в шутку сказал: «Так устройте нам встречу с ним! Пусть пожмет нам руку!» Мойра рассказала папе о своих русских друзьях-артистах и понтифик нас пригласил к себе. Но что тут началось! В ту пору папа не принимал никого, мы были первыми. Посол СССР в Италии запросил у тогдашнего министра иностранных дел Громыко разрешение на нашу встречу с папой. Дело дошло до самого Брежнева. Но никто не мог взять на себя такую ответственность и ответить согласием. В результате вопрос вынесли на политбюро и долго его обсуждали. В итоге нам все же дали добро, но подробно проинструктировали, что отвечать, если вдруг папа о чем-то спросит. Но встреча прошла легко и непринужденно. Папа приветствовал нас на хорошем русском, много говорил о роли циркового искусства. А на прощание он подарил мне цепочку с крестом. После встречи у меня сохранились и совместные фотографии...

Еще в советское время Юрий Петрович объехал со своим детищем весь мир. Пять лет провел в Италии, девять – в Японии. «Я не считаю те страны, где были по нескольку месяцев – это и Франция, и Бельгия, и Америка, и вся Южная Америка, Австралия...», – говорит Мерденов. Сколько ему не предлагали уехать на ПМЖ в Америку или остаться в какой-либо другой стране, Юрий Петрович был непреклонен и заявлял: «Лучше России нет страны!» Как говорится, где родился, там и пригодился – главное, искренне и всей душой любить свою работу, чтобы потом не сожалеть о бесцельно растраченном времени.