Взял себя в руку: как одной левой воронежец построил свою новую жизнь

05.12.2018 в 15:53, просмотров: 309

Жителя села Перевальное Подгоренского района, 52-летнего Сергея Сорокина проще всего представить в виде многорукого Шивы, где каждой верхней конечности находится применение. Одной он недавно капитально отремонтировал дом. Другой — переделал обычный грузовой мотороллер «Муравей» под свой особый способ управления. Третьей — вместе с односельчанами очистил и зарыбил небольшой прудик на окраине села, где частенько пропадает с удочкой. 

 Взял себя в руку: как одной левой воронежец построил свою новую жизнь

Четвертой рукой… Впрочем, верхняя конечность у Сергея всего одна, и своей левой он делает столько, что хватит на десяток обычных двуруких деревенских мужиков.

Отцы и дети

Сергей вместе с супругой Ниной около года назад получили грамоту как хозяева лучшего подворья Переваленского сельского поселения — их ухоженный двор на улице Центральной виден издалека.

Семейный стаж Сергея Сорокина и Нины Майорской насчитывает около восьми лет. Для обоих это второй брак — больше десяти лет назад Сергей развелся с женой Валентиной, а Нина в 2000 году похоронила на Украине, где прожила долгие годы, мужа-военнослужащего и вернулась на родину, в Подгоренский район, «дохаживать» свою старенькую мать. У Сергея четверо детей и трое внуков, а единственный сын Нины, Дмитрий, умер в 2010 году в возрасте 29 лет от менингита.

Именно Дмитрий в свое время дружил с дочерью Сергея — Еленой, дело у молодых шло к свадьбе, а Нина и Сергей себя уже называли «сватами». Но в последний момент у молодых что-то не срослось, и они расстались. И уже тогда Дмитрий начал постоянно твердить своей матушке: «Выходи за дядю Сережу, он нормальный мужик!» Поначалу в ответ на это Нина смущенно отнекивалась, а Сергей переводил разговор на другие темы.

— А в какой-то из дней Димка приехал ко мне, отвез к своей матери и просто сказал ей, что я должен остаться жить в ее доме, — вспоминает Сергей, — даже после того, как он перестал общаться с моей дочерью, я относился к нему почти так же, как отец к сыну. Вот и получилось так, что Димка свел нас с Ниной…

Не дождался поезда

Прошлым летом Сергей полностью завершил обустройство семейного очага — своей одной рукой при помощи супруги был закончен ремонт дома Нининой матушки, где они живут все эти годы.

История Сергея во многом типична, но только не в той части, где часто рассказывается о том, что после личной трагедии человек либо добровольно уходит из жизни, либо прикладывается к бутылке, либо каким-то другим способом выпадает из сегодняшнего дня.

Он — тракторист по специальности. Успел за свою жизнь много где поработать, в 1994 году трудился охранником на станции Россошь. Так получилось, что он зашел внутрь электроподстанции что-то проверить и получил сильный удар током.

— Некоторое время я пролежал в россошанской ЦРБ, потом меня по санавиации перевезли в Воронеж. И хотя пальцами правой руки я шевелить мог и чувствовал ее, медики диагностировали начало гангрены и оттяпали ее мне до плеча. Находясь в полубреду после операции, я услышал, как мой отец Анатолий Степанович, сидевший в изголовье кровати, спросил у врача во время обхода — смогу ли я еще иметь детей? На что врач ответил: «Каких там детей! Лет пять еще протянет на этом свете, и то хорошо будет!» Я это хорошо запомнил, и когда через несколько месяцев меня выписали домой, мы с первой женой Валентиной назло всем прогнозам в 1996 году родили дочь! Но семью это вовсе не укрепило, и в середине 2000-х мы с женой расстались, — рассказывает Сергей.

После ампутации Сергей дважды пытался покончить с собой, но оба раза ему что-то мешало свести счеты с жизнью.

Сейчас он вспоминает это со снисходительной к самому себе тогдашнему ухмылкой, хотя в то время ему было не до смеха — жизнь рушилась, и, может быть, именно ампутированная правая рука и стала той последней каплей, добившей старые семейные отношения.

Газ — и готово!

Большая часть родственников Сергея, в том числе его родители, живут в Донбассе, куда отец с матерью переехали очень давно, а перевезти их поближе к себе у мужчины не получается. Непростая дорога, да и возвращаться на старости лет в родные места для стариков испытание — серьезней некуда.

— Дети и внуки Сергея, живущие неподалеку, часто гостят у нас, — рассказывает Нина, — летом они постоянно бывают здесь — семья большая, все они теперь стали и моими детьми и внуками. Обидно, конечно, что у моего Димки и Серегиной Леночки в свое время не сложилось, но что тут поделаешь. Мы оба до сих пор благодарны сыну за то, что он в свое время свел нас с Сергеем.

…Дома у хозяина хранится целая коллекция протезов и насадок на них в виде ладоней. Хозяин прячет их куда подальше, с глаз долой — в повседневности они ему совсем ни к чему. Все, что нужно по дому, он успешно делает одной левой, практически совсем не используя искусственную руку. Она ему, считай, без нужды.

Своей левой он переделал управление своего грузового мотороллера «Муравей» так, чтобы было удобнее рулить — рычаг газа он перенес с правой стороны руля на левую.

Своей единственной рукой вместе с деревенскими мужиками несколько лет назад он почистил и зарыбил небольшой прудик, находящийся на окраине села. И теперь Сергей любую свободную минуту проводит на его берегах со своими разнокалиберными удочками. Зато домашний холодильник всегда забит рыбой.

Вместе с журналистами из Воронежа он отправился на рыбалку, а перед этим на пороге дома стоял минут пять и прислушивался к тишине.

— У нас в пяти километрах проходит железная дорога, и в селе есть примета — если ветер доносит шум поездов, то рыбалки в этот день точно не будет, — пояснил он.

Рыбалка в день нашего приезда у самого авторитетного рыбака округи не сложилась — пара хиленьких поклевок и только. А на обратном пути у «Муравья», на котором Сергей вместе с Ниной съездили на пруд, прямо на крутом подъеме соскочила цепь. Но хозяин быстро вернул своего железного друга к жизни.

Он и сам в свое время с трудом вернулся к ней и теперь живет взахлеб, дорожа каждым своим днем, прожитым под солнцем.