Испытания самолетом: как новый Ил-112В летал над Воронежем

03.04.2019 в 15:24, просмотров: 1476

В минувшие выходные все федеральные СМИ сообщили о первом испытательном полете нового оте­чественного военно-транспортного Ил-112В производства воронежского авиазавода. Самолет взлетел с аэродрома ВАСО и через 45 минут благополучно приземлился… Собственно, на этих словах можно было бы заканчивать эту заметку.

Испытания самолетом: как новый  Ил-112В летал  над Воронежем
Фото Алексея Филатова

Затянувшаяся полоса

Но наш материал не об испытаниях новой машины, о рождении которой и многочисленных проблемах ее «роста», пожалуй, вполне можно написать книгу. Изначально было заявлено, что первый такой самолет поднимется в воздух в 2006 году, и только в августе 2013 работы по его созданию были возобновлены.

Нет, мы говорим о людях, которые тоже прошли испытания этим самолетом. О жителях Левого берега, над головами которых 30 марта взлетала и садилась эта 20-тонная машина.

Взлетная полоса авиазавода имеет протяженность 2,4 км. Предприятие начало работу в 1932 году, и с тех самых пор город буквально окружил «бетонку» ВАСО. Еще в 80-х годах прошлого века ГАИ на полчаса — час перекрывало Димитровское автомобильное кольцо, когда с ВАСО взлетали самолеты, а спустя час приземлялись обратно, пролетая буквально в 30–40 метрах над головами ошарашенных водителей.

…и гул в «Придачу»

Видео полета этой машины сегодня легко можно найти в интернете. Как и порой негативные эмоции горожан относительно перманентных неудобств, исходящих от одного из крупнейших воронежских предприятий.

Сейчас вокруг территории ВАСО вот уже добрый десяток лет идет довольно плотная застройка, которая захватывает район пересечения улиц Димитрова — Волгоградской. Жители этих домов, естественно, оказались не готовы к выпавшим им буквально на голову испытаниям отечественного транспорт­ника.

— У нас дома маленький ребенок, — возмущалась жительница по имени Галина, — когда этот самолет взлетал, казалось еще немного, и он заденет крышу нашего дома. Мы все реально перепугались!

— Это безобразие, — вторил ей сосед Антон, — когда прогревали двигатели, вой стоял, кажется, на весь Левый берег. Неужели нельзя вынести аэродром куда-нибудь за город?

Очевидно, что проблема расположения двух воронежских аэродромов — «Балтимора» и «Придачи» (он официально называется аэродром ВАСО) в городской черте назрела уже давно. И все же если первый находится на окраине, а взлетающие и садящиеся самолеты пролетают над частным сектором, захватывая часть Ближних — Дальних садов, то у ВАСО ситуация иная. Он существует именно в центре густонаселенного района, и взлет и посадка машин происходят над головами десятков тысяч воронежцев.

Поэтому и выходит, что когда одни рапортуют о новых взятых рубежах отечественного самолетостроения, то другие законопачивают форточки и закрывают головы подушками, чтобы в очередной раз не слышать рева прогревающихся двигателей.

Очевидно, что с наращиванием производственных мощностей воронежского предприятия жители Левого берега точно потеряют покой, и понятно, что завод со своей взлетной полосой никогда никуда не переедет. А значит, вой двигателей и посадка самолетов над головами людей никуда не денутся.

Опасные разговоры

Автор этих строк хорошо помнит трагедию (сам выезжал туда) с самолетом Ан-148 воронежского производства 5 марта 2011 года, когда машина, изготовленная в 2010 году на ВАСО для республики Мьянмы, пролетевшая 138 километров, разбилась возле села Гарбузово Алексеевского района Белгородской области.

Самолет, поднявшийся с аэродрома ВАСО, примерно в 10:40 потерял управление и упал на край огорода Анатолия Руденко. К счастью, из местных жителей никто не пострадал.

В результате машина полностью сгорела, погибли 6 человек — четверо россиян и два пилота из Мьянмы. По версии следствия, за штурвалом в момент падения был иностранец, который плохо понимал команды российских пилотов, а один из россиян-инструкторов в самый критический момент почему-то отвлекся на разговоры…

Кстати, после этой катастрофы правительство Мьянмы отказалось от покупки

Ан-148.

Помню, как за несколько дней до своего последнего полета тот самый самолет наматывал свои многочисленные полетные часы над окрестностями Воронежа, как долго гудели прогревающиеся двигатели этой машины перед взлетом с аэродрома ВАСО.

Когда федеральные СМИ сообщили о той трагедии, то первой мыслью было — «хорошо, что не при взлете».

Но когда были обнародованы результаты расследования и в очередной раз всплыла тема «человеческого фактора», мысль была уже другой — «а вдруг когда-нибудь кто-то из летчиков очередной испытуемой машины отвлечется на разговоры при взлете или посадке?»