В Коминтерновском районе Воронежа планируется снести 38 домов

Большинство местных жителей не горят желанием переселяться, несмотря на жуткие бытовые условия

16.05.2018 в 15:31, просмотров: 513

В рамках муниципальной программы по реконструкции многоквартирного жилфонда воронежские власти собираются снести 38 двух- и трехэтажных домов (построенных в 1946–1970-х годах) в Коминтерновском районе на участке площадью 6,8 гектара, ограниченном улицами Торпедо, Керамической, Загородней и Машиностроителей. 

 

В Коминтерновском районе Воронежа планируется снести 38 домов
Фото: Андрей Иванов

На Машиностроителей будут снесены 23 дома, на Торпедо — восемь, на Загородней — семь. Две пятиэтажки по улицам Машиностроителей и Торпедо, а также детский сад №28, расположенный на последней, под снос не попадут. Освободившийся участок пойдет под застройку.

Мертвые души

Сегодня жизнь в этом крохотном микрорайоне, по меркам миллионного мегаполиса, кажется почти деревенской. Во дворах на веревках сушится белье, кое-где проглядывают редкие голубятни, старушки с газетами сидят за столами возле своих желтых или оранжевых двухэтажек. Эти домики, как братья-близнецы, их судьбы были схожими от «рождения» до самой «смерти», которая наступит через год-полтора, когда на этот пятачок площадью примерно 270х230 метров зайдет строительная техника.

— Почти все дома здесь строил в свое время завод ТМП (позже — АО «Тяжмехпресс». — Ред.), наш изначально был заводской «общагой», а на рубеже 20–21 веков, когда предприятия начали сбрасывать «социалку» на баланс города, общежитие стало жилым домом, — рассказала журналистам «МК в Воронеже» жительница одного из домов Надежда — обладательница квартиры площадью 39 квадратных метров (на которых живет ее семья из пяти человек) и второй группы инвалидности, честно заработанной в этих стенах.

— С потолков падает штукатурка, на каждый из двух этажей — а это 16 квартир — приходится один туалет, трубы ржавые, все текут. А душ и вовсе — один на все 32 квартиры, и тот — полумертвый! Утром туда очередь, как в советские времена за колбасой.

Несмотря на «удобства» такого качества, зимой жители этих домов платят за коммунальные услуги в среднем до 9 тысяч рублей, а летом, когда отключают отопление, 6,5–7 тысяч.

— Говорят, что сети у нас изношены до предела, отсюда огромные потери тепла, — поясняет женщина. — А мы — жильцы — причем тут? Пока дом с баланса на баланс перебрасывали, никто ничего не ремонтировал. Мы тут с мужем обитаем с 1971 года, когда ему ТМП заводскую общагу дал. Детей тут вырастили, внуки появились, а теперь на старости лет, видимо, придется уезжать. Говорят — в Шилово. Не дай бог, если будет так! Здесь мы худо-бедно недалеко от центра города, а оттуда — ни приехать, ни уехать, район у черта на куличках!

Попрошу не выражаться!

Модное нынче слово «реновация» явно режет слух жителям этого района, и многим здесь оно кажется чуть ли не ругательным.

— Реновация — это значит, что халупы наши сносить будут к чертовой матери, а на их месте что-то строить. Только этого мы с тобой, Петрович, из Шилово уже не увидим, — нарисовал Василий, житель одного из домов, идущих под снос, ближайшие перспективы района своему соседу Николаю. — Сгоняй лучше в магазин, возьми чего-нибудь, помянем нашу «машинку»…

На одной из здешних кухонь журналистов встретили несколько женщин. «Осторожнее заходите, а то кирпич, видите, висит? Мы под ним пробегаем каждый день, а вытащить нельзя — свалятся остальные», — предупредила Валентина.

В этом доме, как, впрочем, и в остальных, идущих под снос, сегодня примерно 30% квартир нежилых — хозяева замкнули двери и уехали либо к родне, либо снимать жилье там, где штукатурка не падает на голову, а туалет вместе с душем — один на семью.

Людмила, живущая здесь с 1989 года, переезжать на другой конец города в Шилово не собирается — далеко. Тем более, что сегодняшняя работа отсюда в трех остановках, а в другом районе — поди, найди ее…

— С адвокатом консультировались, — поясняет она, — может быть, деньгами компенсацию брать будем, и сами купим жилье, но в Шилово не поедем. Лучше уж поближе — на «Кресты» (район поселка Придонского. — Ред.)

Пойманные в сети

Владимир живет на первом этаже дома по улице Машиностроителей. Он пенсионер и ветеран своих стен, построенных из шлакоблоков в 1952 году, как говорят, руками пленных немецких солдат.

— Помню, еще мальчишкой был, как рыли котлованы под соседние дома, постоянно находили боеприпасы — то гранаты, то пулемет, то бомбы. Бывало, что ребята подрывались. Праздники всегда всем двором отмечали — кто самогон несет, кто сало, кто рыбу, столы возле домов накрывали, песни пели. В этих стенах четыре поколения нашей семьи выросло. Этому дому ремонт хороший сделать — поменять сети, проводку, стену укрепить — он еще лет сто простоит, и переезжать никуда не надо вообще!

Его сосед Николай во время общения с журналистами выглядел расстроенным: «У нас тут металлические гаражи во дворах лет двадцать стояли, — говорит он, — машиненки свои люди держали в них. А теперь на каждом мелом написано: «Продаю гараж». А кому он нужен ржавый да старый? Не разбирать же его и в Шилово с собой переть? Вот и я попал в эту кугу — разговоры о сносе района ходили уже лет десять, жили, считай, на чемоданах. Но думали — пронесет. А вот — не пронесло!»

Скоро (по информации из разных источников через год-полтора) жителям «реновационного» района придется попрощаться не только со своими сырыми стенами и аварийными балконами, но и с прошлой жизнью, и друг с другом, и с кустами сирени, растущими в каждом палисаднике, которой точно не будет возле новых домов в Шилово…