Как в Воронежской области построили свободную от крестьян экономическую зону

Личные подсобные хозяйства практически истреблены как класс

31.01.2018 в 14:55, просмотров: 1072

Власти Воронежской области подсчитали свои достижения в сельском хозяйстве и доложили: успехи, по обыкновению, впечатляющие! Местами они напоминают доклады о продовольственных рекордах времен СССР, когда крестьяне что-то постоянно «засыпали в закрома Родины».

Как в Воронежской области построили свободную от крестьян экономическую зону

Теперь слово «крестьяне» в докладах заменено лукавым термином «аграрии». Раньше это слово относилось к труженикам колхозов и совхозов, а к кому относится теперь, власть не разъясняет. И засыпают они урожаи не в «закрома Родины», а в другие места. Никакого секрета в этом нет. Некоторые политики, экономисты и социологи бьют тревогу, что крестьяне в России практически истреблены как класс, а «аграрии» на самом деле — это ограниченный контингент крупных землевладельцев и заселяющие разоренные наши села гастарбайтеры — дешевая рабсила из Средней Азии. Плюс, разумеется, образцово-показательные фермеры — «герои капиталистического труда», знающие все ходы в мышином лабиринте властной вертикали.

И только в соцсетях, которые еще не заблокированы, поражаются: как?! Как можно было ограбить плодороднейшую страну, полностью истребить в ней крестьянство и потом приглашать электорат порадоваться закромам неких «аграриев»?!

Это зерно — того, кого надо, зерно

Все черноземные области собрали рекордные за столетие урожаи зерновых и сахарной свеклы. По данным Минсельхоза, в «закрома» засыпано около 133 млн тонн зерна. Цена на пшеницу при этом упала за год на 20–30%, но хлеб не подешевел благодаря суверенности нашего рынка, и «короли» не в убытке: вице-премьер облправительства Логвинов оценил рентабельность производства зерна в 15%. Правда, в 2017-м отменили единственную «растениеводческую» дотацию. Государство прежде субсидировало кредиты на посевную, но теперь передало полномочия от местных чиновников уполномоченным банкам, и многим хозяйствам кредиты стали недоступны. Тем, которые путаются под ногами крупных «аграриев».

Чемпионом ЦЧР по урожайности озимой пшеницы стал фермер Александр Князев из Хохольского района Воронежской области: 88 ц/га на 3 тысячах гектаров; он же — чемпион по урожайности сахарной свеклы — 650 ц/га.

Еще одним последствием небывалого урожая стали проблемы с вывозом зерна на экспорт (главный покупатель российской пшеницы — Египет). К 50-процентному росту экспорта оказались не готовы РЖД, порты и крупнейший владелец зерновых вагонов — «Объединенная зерновая компания».

Про мясо

С 1 декабря 2017-го Россельхознадзор запретил ввоз мяса из Бразилии: в говядине и свинине оттуда обнаружили запрещенный в России стимулятор мышечного роста рактопамин. А Бразилия — крупнейший (60%!) экспортер мяса в РФ, так что дальнейший рост цен и сокращение спроса на говядину у нас неизбежны.

Основные производители говядины в Черноземье — воронежское «Заречное», курский «Мираторг» и липецкий «Зерос». Производство мяса в России растет с 2000-го: свинины — по 9% в год, птицы — по 3–4%, так что Бразилия только мешается, особенно производителям свинины. А производство говядины все эти годы снижается по 1%; возможно, коровы станут у нас таким же священным животным, как в Индии. Сегодня Россия обеспечивает себя мясом на 90% (порог продовольственной безопасности — 85%). Причем после дефолта экспорт мяса из России вырос в 4 раза (основные потребители — Украина и Беларусь)!

По данным Росстата, в 2017-м средние цены в России на говядину — 315 руб./кг (за год подорожала на 5 руб.), свинину — 264 руб./кг (подешевела на 6 руб.). ЦЧР производит четверть всего мяса в стране, а свинины — аж 40%!, во многом благодаря личному участию и неустанной заботе экс-губернатора Гордеева. Первые места по свинине заняли «Мираторг», «Русагро», «Черкизово» и «Агро-Белогорье», и никакая африканская чума их не берет, зато она выкосила мелкое свиноводство частников. В 2017-м Липецкая, Орловская Воронежская и Волгоградская области «из-за угрозы АЧС» озаботились полным запретом свиней в личных подсобных хозяйствах в 5 км от свинокомплексов «королей». Хотя в ЛПХ Черноземья их и так-то осталось 2–4% всего поголовья.

Воронежская область показывает самые высокие темпы развития свиноводства: поголовье свиней здесь достигло 1 млн голов (3-е место по РФ), но пока она отстает от лидеров — Белгородской области (4,5 млн голов, 1-е место), и Курской (1,7 млн голов, 2-е место). Зато Воронежская область обогнала соседей по производству говядины — 7-е место по РФ, 3,2% всей говядины РФ, а по темпам роста (+3,8%) заняла 2-е место после Брянской области; мясное стадо области достигло 302000 голов. Правда, «мясных королей» преследуют традиционные в России правоохранительные болезни: в отношении коммерческого экс-директора «Мираторга» Юлии Аксеновой возбудили уголовное дело за мошенничество на 12 млн руб., а гендиректор (он же — сын владельца «Черкизово» Сергея Михайлова) получил уголовное дело за неуплату 300 млн руб. налогов. Следствие по ним продолжается. Видимо, до полной выплаты необходимых сумм.

Каждый умирает в одиночку

Как бы вертикаль ни пыталась уничтожить журналистику — обратную связь с населением, — она прорастает сквозь асфальт, и даже в официальных СМИ появляются репортажи о вымирающих воронежских селах.

Вот в Сухой Березовке Бобровского района — крупный овощевод, кореец Вячеслав Тян из Узбекистана. В 2001 году получил в аренду 40 га на 10 лет. Через 10 лет взял в аренду землю на 49 лет. Сейчас у Тяна 300 га под овощами: огурцы, кабачки, помидоры, лук, морковь, капуста, свекла. Еще 200 га есть в соседней деревне, под зерно. Работают у него гастарбайтеры из Узбекистана, летом местная молодежь из города подрабатывает на каникулах — в день от 500 до 1000 рублей.

Вот хутор Сухое Данило в Павловском районе: там живут трое мужиков. В 1980-м хутор относился к колхозу «Заря», и там в 53 домах жили 140 человек, были клуб, баня, магазин, начальная школа, овчарня. Теперь на единственной улочке часть домов куплены под дачи, но большинство брошены. На дороге сохранился еще советский асфальт, и по вторникам на хутор приезжает автолавка с продуктами под заказ. В центре хутора есть даже «зебра» со знаком пешеходного перехода и большой клуб; в его фойе растут молодые деревца.

В поселке Николаевка Верхнехавского района в 24 км от райцентра раньше были школа и детский сад. А теперь на берегу громадного пруда Кареевский живут две семьи — пять человек: Пешковы и Алиевы, приехавшие из Дагестана лет 20 назад. От Верхней Мазы до Николаевки 2 км проселочной дороги, по которой в непогоду можно проехать только на вездеходе.

Инда взопрели озимые

Как получилось, что в России продукты стоят дороже, чем в зажиточной Европе? Почему в стране с самыми плодородными в мире почвами крестьяне практически вымерли, а фермеры — здоровые, умные, работящие мужики — стремятся не к тому, чтоб поставлять экологически чистую продукцию по всему миру, а дожить до рассвета?

Рынка в России нет, считают фермеры. Есть клановые монополии бизнеса и аффилированных с ним чиновников. Им же принадлежит вся логистика: транспорт, склады, порты, железная дорога, сухогрузы, танкеры и прочее, включая ГИБДД, полицию, прокуратуры и суды. Супермаркеты выдавили из Воронежа всю мелкую торговлю, и за право попасть на их полки надо выложить круглую сумму — это рынок?

Большая часть овощей и фруктов на воронежских прилавках выращены в соседних регионах: продукция Белгорода, Ростова или Липецка по тепличным овощам или индейке уже заняла значительную долю воронежского рынка. Провалились у нас масштабные проекты по выращиванию индейки, кроликов, грибов и т. д. Например, «Рамонская индейка» в Рамонском районе, кролиководческий комплекс в Новоусманском районе, тепличное хозяйство «Томат» в Богучарском районе, комплексы по выращиванию грибов в Бобровском, Хохольском, Рамонском районах.

Владимир Салмин, председатель Центрально-Черноземного банка Сбербанка: «В регионе множество сегментов АПК имеют большой потенциал роста. Пока лишь в свиноводстве рынок подошел к тому моменту, когда спрос будет закрыт (понятно, кто его закрыл? — А.Я.)... А ниши производства овощей и фруктов фактически не заняты: спрос закрыт на 15–20%, хотя у области есть все условия для их развития: удобное географическое положение, климат, плодородные земли».

Вот пришел феодализм — как паранойя

В марте 2017-го директор департамента животноводства и племенного дела Минсельхоза РФ Харон Амерханов заявил, что ЛПХ в России умрут через 15–20 лет. Фактически он объявил крестьянам России давно уже вынесенный им приговор.

В январе этого года Воронежстат сообщил, что в области за десять лет число занятых сельским трудом людей сократилось на 39%. Зато поголовье свиней выросло в 1,7 раза за год, до 1,1 млн штук. И никакая чума «королевских» свинок не берет. А забирает она поголовье только у частников. В этом смысле африканская чума давала «королям» неизменно превосходный результат.

Овец и коз у нас стало на 15% меньше. Численность КРС к январю 2018-го уменьшилась за год на 2%. Зато «воронежские аграрии» нарастили производство мяса в 2017-м на 15%, молока — на 7%, яиц — на 1%. Также выросло производство сыра, сливочного масла, мясных консервов, ракообразных и моллюсков, джема.

Моллюски особенно умиляют. И к победным докладам осталось добавить вдохновляющие лозунги «Планы партии — планы народа!» или «Выше знамя капиталистического соревнования!».

В нашей плодороднейшей области уже к началу 2000-х годов до 90% предприятий переработки оказались в руках трансрегиональных корпораций. Их реальными хозяевами стали министры — бывшие, нынешние и будущие, их замы и руководители департаментов, отделов, а также их родственники, близкие и дальние.

Нам сверху постоянно рассказывают, что строят народный капитализм, Но внизу он неизбежно оказывается олигархическим, для весьма ограниченного контингента.

Народный — это когда в центре Мюнхена веками существует маленький семейный чайный ресторанчик, и никакие правоохранители, надзорные чиновники или обыкновенные рейдеры этот ресторанчик не отбирают.

А капитализм для узкого круга «своих» — это когда в Костенках на плодороднейших почвах доживают последние селяне, и всего на двух улицах, с символическими названиями Ленина и Гагарина, — десятки брошенных домов, а вместо дорог — останки еще советского асфальта и непролазная грязь, парализующая всякое движение. Причем в Костенках и газ есть, но огороды и сады у пустующих домов зарастают джунглями сорняков и кустарника — некому пользоваться главным российским богатством. Лозунг «Земля — крестьянам!» остался сказкой. Землю — олигархам, урожаи — в их закрома, а лапшу и мифы о неких «аграриях» — электорату на уши.

Как в старом анекдоте:

— В этом году мы станем жить еще лучше!

— А мы?..

 



Партнеры