В Воронеже помянули жертв сталинских репрессий

31 октября 2017 в 17:04, просмотров: 668

В День памяти жертв политических репрессий 30 октября в окнах многих воронежцев горели свечи. По всей России в этот день прошли «уроки памяти», траурные акции, встречи с потомками погибших во время массовых репрессий в конце 1930-х. На мемориале в Дубовке провели традиционный траурный митинг с участием властей, общественных деятелей, священников и потомков репрессированных, возложили цветы к могилам, на Никитинской площади и у памятника Мандельштаму прошла «Молитва памяти» - не только о погибших, но и об исполнителях приговоров.

В Воронеже с 1989 по 1991 годы пересмотрено 18 тысяч уголовных дел, по которым в 30-е судили граждан всех рангов, от крестьян и рабочих до крупных ученых и партруководства; реабилитированы 22 тысячи воронежцев, из которых 3327 человек были расстреляны. 13 тысячам репрессированных приговоры выносили без защиты и свидетелей и оперативно приводили их в исполнение; патронов на это не жалели. А родственников репрессированных, сосланных или просто «взятых на карандаш» с соответствующими последствиями, подсчитать невозможно.

Много лет могилы убитых были просто холмиками в чудесном лесу у Дубовки, детского сада Воронежа, и мало кто из детей и взрослых знал, что могилы их родственников – совсем рядышком. А узнали почти случайно, и после первых раскопок в 1989-м возникла группа «Мемориал», которая стала систематизировать память о репрессированных.

По оценке руководителя общества «Воронежский мемориал» Вячеслава Битюцкиого, в Дубовке порядка 200 ям, в них захоронено около 10000 человек. А всего в Воронежской области тогда расстреляли больше 15 тысяч человек. В Дубовке вскрыто 69 ям и почти 3238 человек перезахоронены в братских могилах - без имён, лишь с числом убиенных.

Масса откликов в соцсетях на акцию «Мемориала» неожиданно показали заметный раскол среди воронежцев. Большинство считало репрессии большой бедой для народа и в оценках Сталина полностью соглашались с «Мемориалом». А другие были уверены, что надо отличать невинные жертвы от жуликов, мародеров и бандитов – их тоже расстреливали и вряд ли копали для них специальные ямы. Кто-то приводил пример, как человек много лет пытался восстановить честное имя своего репрессированного отца, пока не узнал правду: папаша оказался бандитом и убийцей. Теперь вот в России новая жизнь, отменили смертную казнь, после чего началась такая вакханалия и разгул преступности, что мама не горюй. Раньше преступников стреляли и закапывали, а теперь они считаются жертвами политического режима, хотя ничего политического в них нет - одна уголовщина. Но смерть их всех уравняла, и пусть покоятся с миром; господь сам разберется.

Другие риторически спрашивали: почему, мол, сегодня многие россияне считают Сталина не убийцей, а крупным государственным деятелем? А из-за нынешнего разгула коррупции! Она просто бравирует своей безнаказанностью и не боится даже божьего суда, а уж о суде земном и говорить нечего. Никакого инструмента, кроме расстрелов, для борьбы с этим разгулом не видно, а сверху - одна говорильня о необходимости борьбы с коррупцией. Разве расстрелы коррупционеров в Китае – это репрессии? – спрашивают они. Нет, это восстановление справедливости. И если провести в России референдум о возвращении смертной казни, то нет сомнений, что большинство проголосовало бы «за». Именно из-за оголтелой, вызывающей и демонстративно безнаказанной коррупции.

Думающих так - меньше, чем первых, но они есть. И их довольно много.







Партнеры